8 (495) 514 – 74 – 43

Земля шаманов

Старик

В далёком 1947 году после демобилизации из рядов Советской армии мой дядя был направлен служить в органы внутренних дел города Черемхово Иркутской области. И вот как-то в конце 1947 года, под самый Новый год, дядя заступил помощником дежурного по отделу милиции. Хотя Новый год предстояло встречать только через несколько дней, многие граждане, как и сейчас порой, стали уже усердно отмечать праздник. Пьяных и подвыпивших к вечеру бродило по городу столько, что патрулям приходилось отпускать задержанных домой, выписав им штраф. Поэтому дежурный по отделу был очень недоволен, когда патруль привел остановленного на рынке изрядно выпившего, но относительно крепко стоящего на ногах старика-бурята.

— Старик отстал от своих земляков, а куда идти — не знает, — объяснили милиционеры причину своего поступка. — Он почти не говорит по-русски и плохо ориентируется в городе. К нему на улице наверняка прицепятся какие-нибудь бандиты. Вот мы и решили доставить его в отдел.

— Хорошо, — согласился дежурный. — Пусть посидит до утра в «обезьяннике».

И приказал моему дяде закрыть старика в камере. Дядя поспешил выполнить приказ, так как старик ему уже изрядно успел надоесть с назойливыми расспросами в стиле старобурятского этикета типа: «Ханьшнешь, ямар яын?..», то есть: «С какой деревни, района, какого рода-племени?..»

Запертый

Ближе к полуночи «клиентов» стали приводить гораздо меньше, и дядя уже было задремал. И вдруг он проснулся от толчка в плечо. Раскрыв глаза, он с изумлением обнаружил перед собой… того самого старика, которого он собственноручно час назад запер в камере! Старик, как ни в чём не бывало, опять продолжил свои расспросы. Проснувшийся дежурный, решив, что дядя специально не запер бурята, недовольно сквозь зевоту пробубнил:

— Негоже делать поблажки своим землякам!

Недоумевающий дядя опять сопроводил старика в камеру и для верности несколько раз подергал запертую дверь. Причём погремел — так, чтобы было слышно дежурному. Вернулся, снова задремал. Однако спустя какое-то время история повторилась. Проснувшись от бормотания, дядя вновь увидел сидящего перед собой старика-бурята, таинственным образом выбравшегося из закрытой камеры.

Добрый или злой?

На этот раз за дело взялся сам дежурный и лично сопроводил бурята в камеру. У дяди же появилось подозрение — а не шаман ли этот человек? Так как дядя сам много лет прожил в бурятском улусе, он не раз слышал истории о сверхъестественных способностях местных шаманов. Дяде даже стало не по себе: «А вдруг он из так называемых чёрных шаманов? Тогда и до крупных неприятностей недалеко!» Об их обидчивости и мстительности ходили нехорошие слухи среди окрестного населения, причём как среди бурят, так и русских. Свои опасения дядя высказал начальнику смены, да только тот лишь выразительно покрутил пальцем у виска и сказал:

— Уж у меня-то старик не забалует!

Время подходило к утру, как вдруг дядю вновь разбудили. На этот раз он был растолкан от дрёмы не стариком, а самим дежурным, причём бледным. Старик сидел напротив него и выглядел заметно протрезвевшим.

— Скоро семь. Ты давай веди его на «заежку», найди его земляков и отправляй его с богом, — приказал дежурный приглушенным голосом. Было видно, что ему не по себе. Что произошло между шаманом и дежурным, пока дядя спал, так и осталось для него загадкой.

Дядя выполнил приказ. Правда, до самого обеда ему пришлось ублажать деда: отвечать на все его вопросы, внимательно выслушать информацию о его роде-племени, даже выпить с ним. Наконец, дяде удалось разыскать земляков бурята и отправить старика его в родной Бохан (район этнической Бурятии). Расстались они со стариком хорошими приятелями, и дядя вздохнул с облегчением — шаман не обиделся и пакостить не станет. Кстати, название «Бохан» буквально переводится как «земля шаманов»!

Сагаалган

Вторая история случилась со мной в начале 1980-х годов. В феврале 1982 года меня в порядке шефской помощи отправили на целый месяц в село на сакман (приём ягнят после рождения). Нужно ли говорить, как было тяжело, особенно вначале, городскому жителю, впервые попавшему на сакман: ночевали прямо в кошаре, вокруг грязь, ненормированный рабочий день (окот шёл днем и ночью), да еще и хозяин овцеводческой стоянки оказался суровым и язвительным. Выручало надёжное плечо хорошего моего напарника, для которого сакман не новинка, так как он был сельским парнем.

— Ничего, скоро Сагаалган. Будет лучше, — утешал тот меня.

И вот во второй половине февраля наступивший долгожданный Сагаалган — бурято-монгольский Новый год. Он привнёс значительные приятные новшества в наш быт. Хозяин стоянки в честь праздника неожиданно подобрел: наконец-то, впервые за полмесяца, мы попарились в бане его усадьбы на селе, попили пива, сходили в кино. Работу никто не отменял, но, согласитесь, куда веселее начать её утром, приняв на грудь полстакана водки и закусив отборным куском мяса и «белой пищей» (сметаной, творогом).

Важный гость

С началом новогоднего праздника на стоянке в степи стали появляться новые для нас люди, например, секретари райкома партии, директор совхоза, различные специалисты и тому подобные. Все они вдруг озаботились состоянием дел на окоте овец. И понятно, почему. Приезжали они на своих «Волгах» и «УАЗах» трезвые, а уезжали — пьяные и отягощённые свёртками с мясом и бутылками водки. Изрядно перепадало и нам с «барского стола» — по случаю праздника хозяин стал часто отлучаться в село и оставлял на нас с напарником свою отару гостей.

И вот как-то мы в очередной раз остались с гостями. Среди них мне особенно запомнился один. Однажды мы пришли на ужин в дом из кошары и застали его сидящим на корточках у дверцы печи, в которой яростно пылало пламя. Это был совсем маленький очень пожилой старичок. Около старичка на маленькой скамеечке стояла початая бутылка водки, к которой тот временами прикладывался, и тарелка с квашеной капустой и крупными кусками вареного мяса. На нас он не обратил внимания.

Нас удивило то, что хозяева, которые лебезили перед лицом высокого начальства, похоже, к этому невзрачному старичку относились с еще большим почтением и даже со страхом. Это было заметно невооруженным глазом. Стоило старичку кашлянуть или что-то невнятно забормотать на бурятском языке, как они спешили к нему с расспросами: «Что-то нужно? Всё ли в порядке?»

Заклинатель огня

В тот вечер обычно словоохотливая хозяйка даже не дала нам толком поужинать. Сунув нам бутылку водки и шмат мяса, она шепнула, что старик — очень вредный шаман и беспокоить его нельзя, после чего выставила нас на улицу. Когда мы наутро повстречали хозяина, ехидно спросили:

— Что это за зловредный шаман, которого боятся все в округе?

И тогда тот рассказал нам такую историю:

— Лет пять назад у меня, заслуженного овцевода (100 ягнят от 100 овцематок!), неожиданно без видимых причин пал весь молодняк. Всем стало ясно, что виной всему шаман, которого я накануне принял не очень радушно. Впрочем, этот довод в наше советское время никого не убедил, особенно следственные органы, и я чуть не загремел под суд. Спасло меня лишь вмешательство первого секретаря ОК КПСС, которого я знал лично, так как был избран членом делегации на XXV съезд КПСС.

Впрочем, рассказ хозяина нас тоже не убедил. Может, дело было вовсе и не в шамане? Однако вскоре в один из вечеров этот старичок наглядно продемонстрировал всем нам свои сверхъестественные, без преувеличения, способности. Сидя, как обычно, у печи, он сунул в неё железные щипцы, которыми до этого ворошили огонь. Щипцы вскоре раскалились добела. Старичок между тем скрутил самокрутку и… достав голой рукой щипцы, держась за раскаленную часть, стал долго и нудно прикуривать! Прикурив, он ещё вертел щипцы в пальцах, пока те не остыли. Мы с товарищем были ошеломлены от такого зрелища. Хозяева на это никак не отреагировали, им такое было привычным. Они больше смотрели на наши ошарашенные лица.

Эта история с шаманом закончилась довольно прозаически. На третий или четвертый день на стоянку приехал сын шамана, кстати, учитель одной из школ, и к радости хозяев, достаточно бесцеремонно увез отца домой. Что ж — он сын, чего ему бояться?

Ефрем Демьянович Тармаханов, г. Улан-Удэ, Бурятия
«Невыдуманные истории», №9 сентябрь 2014